13 июля 2026 года в Калининградском областном суде начался процесс над адвокатом Марией Бонцлер. Следствие ФСБ вменяет ей особо тяжкое преступление – государственную измену. Процесс ведёт единолично судья Александр Марочкин, он объявил слушания по делу закрытыми от огласки. В зал заседания № 9 никого, кроме подсудимой, прокурора, секретаря суда и защитников, никого не допускают. Впрочем, есть ещё исключения: разрешено присутствовать вооружённым «бойцам» ФСБ, приставам, с которых не взята расписка о неразглашении гостайны. Гостайной, которую якобы Бонцлер выдала врагам отечества, владеют иностранные разведчики, но российским гражданам о ней знать не положено. Кроме того, как утверждает адвокат Морозов, наблюдаются ещё некие личности, которые свободно ходят по залу и фотографируют Бонцлер.
Защита подсудимой в первый же день заявила ходатайство о прекращении уголовного преследования адвоката и освобождения больной женщины из-под стражи (она содержится в следственном изоляторе второй год).
Наследующий день, 14 июля, после первого разбирательства в Калининградском областном суде Мария Бонцлер писала из следственного изолятора:
«На суде я окончательно убедилась, что уголовное дело по моей новой статье (госизмена) так и не было заведено (судья это не опроверг, но и не удивился). То есть прежнее дело, преамбула которого исключает госизмену, закрыто не было, и новое дело по новой статье не было заведено. То есть меня будут судить за то, в чём подозревают, но без заведения уголовного дела. Остаток вечера я посвятила тому, что спрашивала всех встречных, как такое возможно? Все в один голос признали, что невозможно. Резюмировала всё девочка, которая меня доставляла в СИЗО. Я спросила, есть ли у неё юридическое образование и описала ситуацию, она ответила очень интересно: «Не надо быть юристом, чтобы понять, что нельзя судить человека если уголовное дело не было заведено».
Новость о подмене статей, не повлекшей соответствующих процессуальных действий следователя, привлекла внимание...
