Наследующий день, 14 июля, после первого разбирательства в Калининградском областном суде Мария Бонцлер писала из следственного изолятора:

«На суде я окончательно убедилась, что уголовное дело по моей новой статье (госизмена) так и не было заведено (судья это не опроверг, но и не удивился). То есть прежнее дело, преамбула которого исключает госизмену, закрыто не было, и новое дело по новой статье не было заведено. То есть меня будут судить за то, в чём подозревают, но без заведения уголовного дела. Остаток вечера я посвятила тому, что спрашивала всех встречных, как такое возможно? Все в один голос признали, что невозможно. Резюмировала всё девочка, которая меня доставляла в СИЗО. Я спросила, есть ли у неё юридическое образование и описала ситуацию, она ответила очень интересно: «Не надо быть юристом, чтобы понять, что нельзя судить человека если уголовное дело не было заведено».

Новость о подмене статей, не повлекшей соответствующих процессуальных действий следователя, привлекла внимание некоторых СМИ, появились взволнованные публикации. Возникали вопросы к следствию, прокуратуре и защите:

Почему в марте сего года, предъявляя Бонцлер обвинение по статье 275. «Государственная измена», не прекращено уголовное дело, первоначально возбуждённое в мае 2025 года по статье 275.1 УК РФ «Сотрудничество на конфиденциальной основе с иностранным государством, международной либо иностранной организацией»?

Почему не возбуждено уголовное дело по новой, 275-й, статье, и по ней не проводилось расследование?

Чем руководствовались адвокаты «изменницы», не обжаловав своевременно «плохую» работу следствия (между переквалификацией и началом судебного разбирательства прошло 4 месяца)? Может, они держали фигу в кармане и хотели развалить дело в суде в первый же день?

Не знаем, на что рассчитывали адвокаты, но чуда не произошло. Трюк не сработал. Судья Александр Марочкин выслушал мнение защиты и никак не отреагировал. С него какой спрос, он выполняет поставленную пред ним задачу.

Со своими вопросами обращаюсь к одному из защитников Бонцлер (а их, напомню, четверо: двое местных и два из Москвы).

– Есть определённые процессуальные нюансы, на которые сторона защиты обращает внимание, – сказал адвокат. – В материалах уголовного дела есть постановление о возбуждении уголовного дела, но по другой статье и другим обстоятельствам. Вообще, вопрос квалификации преступления, это такой сложный процессуальный вопрос... Сначала возбуждается уголовное дело, потом расследуется. На предварительном слушании, 13 июля, стороной защиты было заявлено, что надо дело возвратить прокурору. Для устранения всех замечаний, в том числе и этих. Мы настаивали на том, чтобы вообще прекратить уголовное дело, потому что нет состава и даже события преступления. Потому что не расследовалось дело по обвинению, которое ей вменяется. В марте обвинение по 275-й статье предъявлено, но уголовное дело не возбуждалось.

Вспомнив, что у нас есть безотказный консультант и помощник в виде интернета, задаю ему вопросы по обозначенной теме. Ответы находятся мгновенно. Привожу в том порядке, в котором они поступили.

Если следователь переквалифицирует действия обвиняемого, он действует в следующем порядке:

1. Выносит новое постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого. Это обязательное требование статьи 175 УПК РФ. В новом постановлении необходимо указать все обвинение полностью, включая как ранее предъявленные, так и новые эпизоды. cyberleninka.rumoluch.ru

2. Предъявляет новое постановление обвиняемому. Процедура предъявления обвинения проводится заново в порядке статьи 172 УПК РФ. cyberleninka.rumoluch.ru

3. Допрашивает обвиняемого по всему новому обвинению. Это необходимо для обеспечения права на защиту и полного учёта всех обстоятельств. moluch.ru

4. Направляет копию постановления прокурору для утверждения обвинительного заключения.

Если все четыре процедуры следователем ФСБ выполнены, то тема может считаться исчерпанной.

Закрытый процесс в знаменитом теперь зале № 9 должен продолжиться 20 июля. Начало в 10.30.