Константин РОЖКОВ
Виктория Райкова, малоизвестная судья Ленинградского райсуда Калининграда, сегодня практически весь день занята была продлением срок ареста адвоката с мировой известностью Марии Бонцлер. Напомним, Марию Владимировну взяли 28 мая прошлого года и упекли в СИЗО. Сначала за сотрудничество с украинскими силами, а недавно её дело переквалифицировали на государственную измену. Дело ведёт следственный комитет.
В течение десяти месяцев содержание под стражей Бонцлер по ходатайству следствия и при поддержке прокуратуры неоднократно продлевали. То не успели провести экспертизы, то ломали голову над переквалификацией – на всё нужно время. У сотрудника правоохранительной системы, как у солдата, служба идёт независимо от того, спит ли он или роет землю.
Сегодняшнее рассмотрение ходатайства следователя покрыто мраком тайны. Во избежание огласки его даже не включили в список дел, назначенных к слушанию на 24.03.2026, ежедневно вывешиваемый на сайте суда. И только войдя в вестибюль суда, вы можете обнаружить упоминание о нём на информационном стенде.
Процесс продления заранее был объявлен закрытым, о чём Райкова (в этом она специалист) распорядилась в своём постановлении.
В зале №6, где есть пуленепробиваемый аквариум для особо опасных клиентов, к 11.00, времени начала рассмотрения ходатайства следователя, сидел, кроме меня, только адвокат – за своим рабочим столиком. Вскоре бодреньким шагом вошёл гражданин. Следователь? Прокурор? После того, как он снял куртку и обнажились погоны майора, стало ясно – какой-то полицейский. Гладкий, ухоженный. Сходу взялся за адвоката: как фамилия? Удостоверившись, что перед ним искомая личность, майор предпринял попытку вручить адвокату, защитнику Бонцлер, что-то вроде повестки для вызова на инструктаж. И ещё предложил дать расписку о неразглашении тайны следствия. Адвокат: пожалуйста, но в официальном порядке, как предписывает закон, через почту. И тут события стали приобретать комический характер. Майор откуда-то извлёк пачечку отпечатанного текста и взгромоздился на трибуну: «Тогда я вам хотя бы зачитаю... привлекаетесь к уголовной ответственности за разглашение без разрешения следователя данных предварительного расследования, о ходе предварительного расследования, порядке судебных времени, месте, способе свершения преступления, производстве процессуальных действий по уголовному делу, информации, полученной от участников процессуальных действий, которые… сведений об их внешности в любой форме, в том числе словесного портрета, фотографий, видеозаписей… Причину отказа от подписи не хотите пояснить?» В ответ от адвоката майору пришлось выслушать ссылку на сериал о ходже Насреддине. А потом: «Я выйду, чтобы вам не мешать». Майор горестно вздохнул в тишине.
Арестантку доставили в суд с большим опозданием, когда перевалило за полдень. Увидел её только мельком.
Толпы сочувствующих в коридоре суда я не встретил. Отчасти это объясняется завесой тайны вокруг дела Бонцлер. Но может быть, друзья охладели к её судьбе? Хотя за последний короткий период Мария Владимировна получила 2000 писем. Со всего света.
