Ни одно из заседаний суда по уголовному делу, в котором в качестве подсудимого фигурирует генерал Борис Косенков, расписанных судьёй Еленой Дмитриковской на 2-7 июня, не состоялось. Из-за неявки подсудимого. По устным сведениям стороны защиты, генерал занемог. Такому повороту событий предшествовала пикировка между участниками процесса. Защита нагнетала обстановку, несколько раз требуя отвода суда.
Дмитриковская, как сообщает одна из дочерей убитого, позвонила в госпиталь Савулькина, однако нарвалась на грубость, которой ей ответили с другого конца линии связи. И тогда она направила в военное учреждение письменный запрос. Это обосновано, т.к., по утверждению бывшей супруги генерала, дочери убитого, подсудимый всегда свободно пользовался услугами госпиталя, особенно после длительных запоев.
Напомним, по уголовному делу, возбуждённому по статьям «Убийство» и «Приготовление к преступлению», в качестве подсудимого фигурирует генерал-майор Борис Косенков, бывший начальник политотдела 11-й армии, пригретый местными властями, обласканный и вскормленный советско-российской системой. Он известен как ярый сторонник ГКЧП, как последовательный коммунист и патриот. Имеет «песочные» награды и грамоты. И вдруг – на тебе, загремел по статье. И вот теперь на протяжении нескольких месяцев ему приходится регулярно ходить в суд. Как на работу. Часами он просиживает, понурив голову. Изрядно постаревший. Усталый.
...Судья потребовала огласить все материалы уголовного дела, содержащие копии грамот и благодарственных писем подсудимому, зачитать список наград. Государственный обвинитель Людмила Коротченко возразила, поскольку достоинства генерала оглашались раньше. Судья возражениям не вняла. Прокурор принялась зачитывать. В числе наград значился янтарный орден «За заслуги перед Калининградской областью». Известно, что свой крест из «солнечного камня» Косенков по пьяни потерял. Он выпросил точно такую же игрушку у сына бывшего губернатора. Поносить. Прошло больше пяти лет. Бравый генерал так и не возвратил семье Горбенко взятый на время орден...
Подсудимый Борис Косенков во вторник, 14 мая, заявил суду, что он, прикрываясь статьёй 51 Конституции, отказывается давать показания и намерен молча принять приговор. В связи с этим судья Елена Дмитриковская вынуждена была огласить протоколы допросов и объяснения, записанные в ходе предварительного следствия сотрудниками правоохранительных органов. (Об этом – в отдельном материале.)
Судья поинтересовалась, намерен ли подсудимый хотя бы отвечать на вопросы, которые неизбежно возникнут в ходе судебного следствия. Поскольку Косенков поначалу заявлял явку повинной, в которой подробно объяснял, как он душил своего беспомощного тестя Александра Шишкина, а впоследствии всё отрицал, придумывая новые версии. Как-то же надо устранять противоречия в показаниях. Косенков, казалось бы безразличный к происходящему в зале заседаний, оживился:
– На вопросы, которые будут заданы, отвечать будет защита.
– Защитник Косенкова, суд вам делает замечание за пререкание с председательствующим, невыполнение (голос судьи утонул в воплях защитника)… председательствующего и удаляет вас из зала судебного заседания до конца судебных прений. Пожалуйста, выходите.
– Ваш честь, я считаю, что вы не правы! – не сдавалась женщина.
– Ваша честь, я выйду вместе с ней! – прокричал подсудимый, генерал Борис Косенков. (Никуда генерал не вышел. Видимо, сообразил, что неосмотрительная выходка будет стоить ему заключения под стражу; пока же правосудие снисходительно позволяет обвиняемому в умышленном убийстве жить на свободе, под подпиской.)
Ирине Косенковой, защитнику, которая приходится подсудимому родной дочерью, не помогли ни...
– Эксперт, вы признаёте, что вы допустили ошибку в выяснении причины смерти Шишкина? – прогремел в зале суда голос генерала Бориса Косенкова, обвиняемого в убийстве Александра Шишкина, офицера дальней авиации, который приходился ему тестем.
– Это не ошибка. Это уточнение… – Александр Леонтьев, эксперт-криминалист с сорокалетним стажем работы, несколько растерялся от неожиданного окрика и начал путаться в словах. – Я же получил объективный результат… Иногда трудно на месте поставить истинную причину смерти… Для этого и производятся дополнительные методы исследования. Иначе, зачем они нужны?
– За вашей ошибкой, эксперт, стоит жизнь человека!
– Косенков! – пыталась прервать оратора судья Елена Дмитриковская. – Это не вопрос!
Уголовное дело генерала Бориса Косенкова медленными темпами движется. Куда? Ответить на сей вопрос трудновато. Казалось бы, ничто не мешало судье Елене Дмитриковской сегодня продвинуться вперёд, к финалу этой поганой истории с убийством престарелого майора авиации Александра Шишкина. Но почему-то после краткого допроса Ларисы Козловой, дочери убитого, признанной потерпевшей, суд по-быстрому свернули и объявили перерыв до 25 декабря.
Весь процесс строится по сценарию плохой пьесы. Чувствуется, что кто-то с кем-то договаривается. Персонажи спектакля играют заранее написанные роли. В постановке угадывается даже звезда «экрана». Солирует от первой минуты до последней каждого действия одна женщина, Ирина Косенкова, дочь подсудимого, исполняющая роль защитника. Мадам защитница позволяет себе командовать всеми участниками процесса, и не только ими.
Подумать только, жена ввела в заблуждение мужа-генерала! Бывшего начальника политотдела армии, советника губернатора, эксперта какого-то военного общественного совета, председателя крупнейшей областной общественной ветеранской организации! Прожжённого политического воротилу обвела вокруг пальца женщина! И он два с половиной года не догадывался, что стал жертвой обмана?
...Инициатором судебных тяжб о защите чести и достоинства и о признании договора дарения недействительным был, конечно, не сам Косенков (он же невменяемый, если верить уточнённому исковому заявлению), а его дочь Ирина, бывший адвокат и бывший же следователь. Ирина Борисовна была с отцом в размолвке лет пять. По рассказам свидетелей, разругавшись с отцом, она бросила ему такие слова: «Это ты её убил!». Имелась в виду одна из двух первых жён Косенкова (обе умерли). Реплика, конечно, содержала эмоциональную оценку, и слово «убил» употреблено было в переносном смысле. Но слово сказано...
С годами всё больше склоняюсь к выводу о том, что военные люди по определению призваны убивать. Ну, для чего другого предназначен солдат? Как лукаво провозглашает советско-российская доктрина – защищать? Возможно и так. Но это предназначение военного человек вторично по отношению к первородному. «Военный» происходит от слова «война». Никто спорить не станет. Итак, убивать – главное для солдата. Генерал не исключение. И это доказывает история с нашим уже постоянным героем.
У Косенкова на почве личной неприязни возник преступный умысел на причинение смерти Шишкину. Реализуя задуманное, находясь в указанный период в указанной квартире, Косенков с целью причинения смерти Шишкину, действуя с прямым умыслом, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления смерти Шишкина в результате своих преступных действий и желая её наступления, пальцами своей руки не менее двух раз со значительной силой сдавил спереди шею Шишкина, то есть...
«Ваша честь, – смиренно произнёс Борис Косенков, – я всё же прошу дать возможность защите ещё поработать, вот, над последними словами, которые произнесены здесь по явке с повинной, проверке допроса подозреваемого, проверке показаний на месте. – Голос подсудимого с каждым сказанным словом набирал силу, и к концу своей тирады он уже по-генеральски кричал. – Это очень, очень, очень ответственные моменты и они вводят в заблуждение и потерпевших, которые читая их, эти протоколы, убеждают себя и других в том, что, значит, я преступник! А не следователь...
Несмотря на старания следователя, генерал Косенков до сих пор жив. И здоров. Несмотря на свои 70 с хвостиком, Борис Андреевич способен словно игрушку повертеть в воздухе 16-килограммовую гирю. И, главное, он на свободе. Хотя подозревается в убийстве собственного тестя, Александра Яковлевича Шишкина. Ему бы поменяться местами с Игорем Рудниковым, который никого не убивал, однако томится в СИЗО второй год – без суда....
В пятницу, 12 октября, в Московском районном суде Калининграда продолжился начатый 3 октября уголовный процесс. Обвинение предъявлено генералу Борису Косенкову по двум статьям Уголовного кодекса России – ч. 3 ст. 30 и ч. 1 ст. 105. Ровно год назад он убил собственного тестя, Александра Шишкина, майора, боевого лётчика СССР. Своими огромными ручищами генерал задушилмладшего по званию. Эти факты нашли своё отражение в материалах уголовного дела.
Весь процесс занял чуть более часа. Он выглядел как бенефис Ирины Косенковой. Дочь генерала, профессиональный адвокат, по-театральному...
Борис Косенков, отставной генерал, приступил к ознакомлению со своим уголовным делом. Ему вменяется статья 105 Уголовного кодекса РФ – «Убийство».
Напомним, 10 октября прошлого года Ирина Косенкова, жена генерала и дочь Александра Шишкина, возвратившись с работы домой, нашла своего отца мёртвым. Кроме Шишкина дома в тот день оставался зять – генерал Косенков. По случаю вчерашнего перепоя он отлёживался и приходил в чувства. Через трое суток патологоанатомы БСМП сообщили...
Генерал Борис Косенков, опытный политработник, привлекаемый к уголовной ответственности за убийство своего тестя Александра Шишкина, сегодня в областной суд пришёл готовеньким. Наголо стриженым. Покорным. Всякий раз, отвечая суду, прибавлял: «Да, ваша честь… Нет, ваша честь…». Давая пояснения по своей жалобе на постановление Московского райсуда, по Фрейду оговорился: мол, я подсудимый. Но тут же спохватился – обвиняемый.
...Прибывшие на дом за Косенковым полицейские увидав в гостиной мощный портрет генерала во всей красе тут же растворились в дверном проёме. И начались чудеса со следствием…
Косенкова всё же забрали и поместили в СИЗО. Но быстренько выпустили – неопасный, не то что Александр Закамский. Он сразу во всём признался и на следственном эксперименте показал, как душил Александра Яковлевича Шишкина, бывшего военного лётчика. Но сегодня Косенков утверждает, будто его обманули, подсунули на подпись явку с повинной, с которой он сейчас не согласен: бес в лице следователя попутал, толкнул на самооговор.
