В среду, 1 июля, в Ленинградском районном суде Калининграда прошло очередное заседание в рамках дела по административному иску арестованного адвоката Марии Бонцлер к ГБУЗ «Областная клиническая больница Калининградской области» и СИЗО-1, где она содержится в невыносимых условиях. Суть её требований состоит в признании незаконными действий врачей, испугавшихся дать объективную оценку здоровья узницы, сотрудников УФСИН, не оказывающих ей должную медпомощь, и признании соответствующего медицинского заключения незаконным.

Ольга Дорошенко рассмотрела ходатайство областного Бюро судебно-медицинской экспертизы о привлечении в состав экспертной комиссии «специалиста клинического профиля – врача кардиолога». Делу уже более 8 месяцев. Его продвижение тормозится отсутствием на местном уровне подходящих специалистов. И вот, наконец-то, нашли кардиолога. Кто нашёл – умалчивается, но выбор пал на Юлию Калашникову из посёлка Родники, где врач работает в кардиоцентре (ФГБУ Федеральный центр высоких технологий Министерства здравоохранения РФ).

Бонцлер и её представитель адвокат Роман Морозов возражали, поскольку считают, что ни один врач, ни одно медучреждение Калининградской области не в состоянии объективно и непредвзято дать оценку действиям своих коллег по «цеху». Защита уверена, что букет болезней Бонцлер (не будем все перечислять) подпадает под утверждённый Минюстом специальный перечень заболеваний, не позволяющих гнобить человека в тюрьме. И её давно пора было отпустить под домашний арест или под подписку о невыезде.

Поначалу организаторы экспертизы вообще проявили вопиющее нахальство, включив в состав экспертной группы кардиолога Р. С. Богачёва, состоящего в трудовых отношениях с… областной больницей, на которую жалуется Бонцлер.

Судья Дорошенко удовлетворила ходатайство бюро. Завтра Морозов со своей подзащитной будут определяться с обжалованием сегодняшнего определения суда.

В перерыве адвокат Морозов поговорил с Бонцлер по видеоконференцсвязи. Мария Владимировна пожаловалась на постоянную боль в сердце.

– А 18 и 29 июня моя жизнь была под угрозой, – сообщила узница совести. – Я чуть не умерла 29 числа. Останавливалось сердце несколько раз. В камере – более 40 градусов. Пятый этаж. Раскалённая крыша. Это было ужасно. Выводили меня в медсанчасть. А потом, по моей просьбе, отвели в душ. Я полчаса простояла под холодным душем, и немножечко легче стало.