Главным процессом Калининградской области можно назвать судебные разбирательства между Александром Горбенко, сыном отошедшего в мир иной первого избранного губернатора, и Инной Кобец, женщиной без определённых занятий, которая неожиданно пожелала стать владелицей всего имущества, оставшегося после смерти Леонида Петровича и Рисы Яковлевны Горбенко, родителей Александра Леонидовича.
Предвидя, что ей придётся отвечать за свои аппетиты в судах, Кобец предприняла меры к тому, чтобы создать в общественной среде отрицательное отношение к Александру Леонидовичу. Во-первых, она обратилась в редакцию одной местной газеты и дала обширное интервью (публиковавшееся в трёх номерах с продолжением). Во-вторых, она подала иск на законного наследника – якобы он её, красивую и пушистую, опорочил. В ходе судебного разбирательства Кобец потребовала наряду с Горбенко привлечь к гражданской ответственности и Константина Рожкова, редактора газеты "Светлогорье" и сайта Свободный Калининград. Свою честь "касивая и пушистая" оценила неслыханно высоко. Как диковинный заморский товар. С каждого ответчика Кобец желала получить по 3 миллиона рублей.
Интересными умозаключениями по поводу чести и достоинства, а также деловой репутации Кобец поделился Сергей Мясоедов, адвокат, представлявший в суде интересы Горбенко. Предлагаем вниманию читателей текст его выступления в суде.
"Уважаемый суд!
Приступая к защите моего доверителя Александра Горбенко и высказывая своё мнение о законности и обоснованности искового заявления, я хотел бы начать с цитирования слов известного классика Островского, его романа "Как закалялась сталь". С центрального его места. "Самое дорогое у человека – это жизнь. Она даётся ему один раз, и прожить её надо так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы, чтобы не жёг позор за подленькое и мелочное прошлое". Так вот, цитируя эти слова известного классика, я не могу согласиться с ним только в одном: а именно в том, что самое дорогое у человека есть жизнь. Наверное, многие со мной согласятся в том, что всё же самое дорогое у человека – честь и достоинство. И наша жизнь повседневная доказывает, что десятки тысяч людей жертвуют своими жизнями, оберегая свою честь, достоинство, пытаясь не запятнать свою честь и достоинство: они не соглашаются на предательство, они идут на расстрел, они отказываются от должности, поскольку честь и достоинство всё же у человека, я думаю, главное. И вот предметом сегодняшнего судебного разбирательства стало дело о чести и достоинстве человека. Этим человеком является Кобец Инна Степановна.
Думаю, что честь и достоинство этой женщины будет предметом ещё не одного судебного разбирательства – как в порядке гражданского судопроизводства, так и в уголовном. Поскольку те резонансные деяния, которые она совершила, стали самыми громкими в области за последние годы. Поэтому о её чести и достоинстве ещё будет возможность высказаться тем, кто её представляет и тем, кто рассматривает её дела.
Так вот я хотел сказать, что этот человек не имел права обращаться с подобным иском – о защите чести и достоинства. Не может человек, который публично признаётся в том, что является гражданской женой, говорить о какой-то чести. Поскольку честная женщина не будет жить с женатым мужчиной. Не будет признаваться в том, что она его сожительница, в том, что она его любовница. Честный человек после похорон этого "любимого" человека не войдёт в дом к его жене, которую она оскорбляла и ненавидела, презирала и не предложит ей услуги. Честный человек обманным путём, используя плохое здоровье Раисы Яковлевны Горбенко, не завладеет её многомиллионным состоянием – домом, имуществом, обстановкой, денежными вкладами, земельными участками. Честный и порядочный человек не оставит без наследства единственного наследника – сына, внуков умершей и их родственников. Поэтому не ей нужно было обращаться сюда. Если она и должна здесь оказаться, то в качестве ответчицы, в качестве обвиняемой.
Эта дама считает для себя оскорбительными два факта: её в газете назвали барышней-приживалкой и Александр Горбенко посмел обратиться в правоохранительные органы с заявлением о расследовании случая о пропаже своей матери, подозревая, что Кобец могла её похитить с целью завладения имуществом.
В соответствии со статьёй 152-й, на которую здесь ссылались, следует в суде выяснить три обстоятельства: имело ли место какое-то распространение информации, второе – соответствует ли она действительности, и порочило ли это честь и достоинство заявителя. Причём, первое и третье обстоятельства должен доказать истец. Так вот, истец, в соответствии с законом должен факт распространения порочащих его сведений доказать. А вот это как раз абсолютно и не доказано.
Здесь представлена всего лишь выписка из статьи. Я утверждаю, что эту выписку Кобец сделала, сидя у себя в кабинете, на своём компьютере. Поскольку, в соответствии со статьёй 67 ГПК РФ, при оценке доказательство истец и другая сторона должны доказать достоверность документа, на который ссылаются. Документ должен быть в надлежащем порядке заверен. Позвольте, разве что-либо подобное есть в материалах дела? Это позволяет говорить о принципе допустимости и исключить бумаги истца из доказательств по настоящему делу. Горбенко не признаёт, что публиковал какие-то статьи, что он их подписывал. А, в соответствии с постановлением пленума Верховного суда №3, в пункте 3-м указано, что если сведения распространены в средствах массовой информации, то ответчиком по делу должна быть привлечена редакция газеты и автор статьи. Редакция у нас не привлечена, автор вообще неизвестен. То есть вообще нет даже надлежащего ответчика. Уже только поэтому можно просить отказать в иске – ввиду его необоснованности и незаконности.
Имели ли место в действительности те сведения, которые просит опровергнуть Кобец? Конечно же, имели. Она же сама признаёт, что пришла в дом. Жила и на хуторе у Горбенко Леонида, и на Пушкина у Горбенко Раисы. Что она была как бы гражданской женой Горбенко-старшего, а затем домохозяйкой. Что она оказывала там и там всяческую помощь. Так кто она, если не барышня-приживалка? Она действительно, не доказала, что она работает, занимается общественно полезным трудом. Вопреки её обязанности следить за своим домом, за своей семьёй, она внедрилась в дом Горбенко Раисы и такую значимую помощь за два года временного присутствия в доме Горбенко оказала, что Раиса Горбенко лишила наследства всех, кому это причитается по закону, в том числе и сына, а всё подарила вот этой приживалке. Многомиллионное состояние! Кто она, если не приживалка? Если и были кем-то сказаны вот такие слова о Кобец, я полагаю, сказаны они в мягкой, корректной форме. Высказывание соответствует действительности. Она приживалка. Она проживала до смерти Горбенко Раисы в её доме, пользуясь всеми её благами. Не являясь ни сестрой, ни подругой. Никем! Женщина-приживалка. Точно сказано. Мягко сказано.
И такой момент. Кобец считает для себя оскорбительным то, что Горбенко обратился с заявлением о розыске матери, о привлечении к ответственности виновного лица. Горбенко не мог из-за Кобец общаться с матерью. Она его не пускала в дом. Она не пускала в дом к Раисе Яковлевне родственников, внуков. Она её увозила то в больницу, то в санаторий, то к себе на квартиру, спрятав таким образом от сына. А сын не должен был, по её мнению, обращаться за розыском матери?
Она удивляет как раз отсутствием чести и достоинства в том, что обращаясь в правоохранительные органы, она, видите ли, с недовольным видом говорит: делает сын это всё с целью завладеть имуществом матери. Какой стыд! Какой позор! Да Александр, ответчик по делу, является сыном. Ему и без того это должно причитаться по закону. То есть если сын беспокоится о наследстве – он нехороший, он неправильно себя ведёт, а то, что она, являясь чужим человеком, пытается завладеть имуществом, и завладела в конечном итоге, что, я надеюсь, будет оспорено, – это правильно, это можно, и она поступает хорошо?
И вот она считает, что Горбенко не должен был обратиться в полицию. Да у него была единственная возможность, обратившись в правоохранительные органы, разыскать мать, поскольку уже были такие подозрения, что мать могла сделать дарение, завещание наследства этому чужому человеку – Кобец. И как в суде правильно сказала свидетель Папкова, после этого дни Горбенко Раисы были сочтены. Поскольку даже посторонние люди, знакомые, и те уже видели стремление Кобец к завладению имуществом и что Раиса Яковлевна быстро уйдёт на тот свет. Так и случилось!
…Мне представляется, что ни одного из указанных и обязательных обстоятельств, которые необходимо установить в судебном заседании, не установлено. А посему иск нельзя признать законным и обоснованным. И Кобец Инне Степановне нужно отказать в полном объёме. О чём я и прошу".
Другой участник процесса, Константин Рожков, выступая в прениях, в частности заметил:
"Недостаточно голословного заявления истца о том, что не понравившиеся ей сведения носят порочащий характер. Верховный суд в постановлении пленума от 24.02.2005 №3 разъяснил (п.9), что истец обязан доказать не только факт распространения сведений ответчиком, но также и порочащий характер этих сведений. Сторона истца, пытаясь это доказать, манипулирует абстрактными рассуждениями, ссылаясь на контекст публикаций, и апеллирует к показаниям свидетелей, которые «узнали» в них истца.
К показаниям свидетелей стороны истца следует относиться критически. Они крайне неубедительны, в их словах просматривается инструктаж. Свидетели Зайцев, Иванов, Лабудин, как и истец, ведут асоциальный образ жизни. Они многие годы являются безработными, один из них – без определенного места жительства, фактически бездомный гражданин (бомж). На какие средства существуют эти свидетели – можно только догадываться: у Леонида Петровича Горбенко и его супруги Раисы Яковлевны Горбенко было чем поживиться. Все эти свидетели охотно дают свои показания в другом процессе, который в настоящее время проходит в Центральном районном суде – по иску А.Л. Горбенко о признании завещания, оформленного его матерью Р.Я. Горбенко на Кобец, и договора пожизненного содержания между рентополучателем Р.Я. Горбенко и плательщиком ренты Кобец недействительными. Эти свидетели активно работали свидетелями либо представителями Р.Я. Горбенко в гражданских делах 2011 года о признании недееспособной Р.Я. Горбенко, и эти процессы контролировались Кобец. Об одном из свидетелей хочу сказать особо. Это называющий себя казачьим атаманом и депутатом Е. Н. Лабудин. Этого гражданина я знаю с начала 90-х годов. Последние годы он нигде не работает. В 2011 году Лабудин предлагал лично мне лжесвидетельствовать в судебном процессе о том, что Р.Я. Горбенко является умственно полноценным человеком и не нуждается в опеке. Свидетели истца являются зависимыми от неё, Кобец с 2011 года ими руководит, и, как я полагаю, эти граждане готовы на всё, даже часами ожидать своей очереди в коридоре судов, чтобы быть свидетелями – лишь бы угодить Кобец.
Иными доказательствами сторона истца не располагает, потому что их нет в природе. Даже беглого прочтения предъявленных претензий достаточно, чтобы прийти к выводу о том, что обжалуемые сведения не носят в отношении истца порочащего характера. Перед нами яркий пример злоупотребления истцом гражданским правом".
