Моё появление перед крутящейся калиткой Калининградского областного суда 10 сентября 2026 года вызвало переполох в рядах судебных приставов. Их количество мгновенно удвоилось. Меня заблокировали. Трижды потребовали признаться в цели визита. «Да к Сорокину на заседание апелляционной инстанции иду!» – «В какой зал?» – «Сейчас узнаю». Дважды спрашивали паспорт. Один служивый сорвался и куда-то убежал. Пока меня держали зажатым в закутке, через турникет прошло пять или шесть посетителей. Никто у них с таким же пристрастием ничего не выпытывал.

– В чём дело?

– Узнаём у судьи, можно ли вас пропускать.

– Почему такая честь оказана мне?

Молчат.

Всё же пропустили. Начали выгружать из сумки вещи. «Что это? Футляр для очков? Откройте. Откройте кошелёк. Полистайте записную книжку…» Невольно ожидал услышать: «Отдайте деньги!»

Когда шизофрения сошла на нет, не престали сверлить меня взглядом, следя за моим перемещением по коридорам храма калининградской Фемиды.

Только потом дошло. Через час начиналось заседание по уголовному делу Марии Бонцлер. По своевольному решению судьи Александра Марочкина процесс проводится в закрытом режиме. Муха не имеет права залететь в зал №9. На дальних подступах к дверям зала стоят специальные люди, они ловят и насекомых, и праздных слушателей.

Меня, очевидно, Марочкин заподозрил в тайном намерении устроить для Бонцлер побег из-под стражи.

Так будет продолжаться до тех пор, пока в уголовный кодекс не введут статью о преступлении, предусматривающем наказание за уголовные дела по статье «Госизмена»: возбуждал дела, проводил ОРМ, председательствовал в суде, выносил приговоры – значит, соучастник. Получай!

А если серьёзно, то очередное заседание по Бонцлер состоялось. Однако на 19.00 сегодня в разделе «Судебное делопроизводство» сайта областного суда дата и время очередного заседания не назначена. Марочкин продолжает играть в шпионов.