В среду, 11 ноября, в 14.30, продолжится заседание «тройки» по уголовному делу адвоката Марии Бонцлер. Напомним, она привлечена к уголовной ответственности по статье 275 УК РФ (государственная измена). Судебные заседания по решению судьи Александра Марочкина проводятся без участия защитников, выбранных подсудимой, в отсутствие самой Бонцлер (её судья тоже удалил): только судья, прокурор и адвокат по назначению Анастасия Рихтер.
Как стало известно, гособвинение запросило для Марии Владимировны 15 лет лишения свободы. Кроме того, ей предстоит компенсировать расходы государства на защиту по назначению, от которой Бонцлер официально отказалась.
Из некоторых источников также известно, что в среду Марию Владимировну привезут из СИЗО на ул. Сергеева 8, чтбы она выступила с последним словом. Ранее Бонцлер от этой процедуры отказалась публично. Не имело смысла распинаться в закрытом кругу избранных судьёй лиц. Подсудимая хотела, чтобы её услышал весь мир. «Обращаться с какими-либо словами к моим заведомым гонителем и палачам не желаю!» – заявила она тогда.
В заметке «Судейский произвол» я уже рассказывал, как мне отказали в праве свидетельствовать в уголовном процессе над Марией Бонцлер. Только на том основании, что я не пожелал сдать в камеру хранения свой мобильный телефон: мол, телефонная трубка может записывать то, что происходит в судебном заседании. Отстаивая свои права, я, кратко описав событие, произошедшее 7 октября в Калининградском областном суде, подал заявление на имя судьи Александра Марочкина (копию направил председателю суда Евгению Быкову), и также подал жалобу на незаконные действия судебного пристава.
В приёмной облсуда поначалу не хотели принимать моё заявление. Дескать, в базе вы не значитесь как свидетель.
— Станно... А такие свидетели, как Зелинская и Зуев у вас значатся?
— Таких тоже нет. Есть Грицук...
— Ага! Грицук — свидетель обвинения. Мы же — свидетели защиты. Значит, свидетелей защиты вообще вычеркнули?
— Я не знаю...
Вежливая сотрудница терпеливо старалась разобраться в сложившейся ситуации. Куда-то позвонила. Потом ещё. Наконец...
Иван Грибов, отбывающий наказание в 13-й колонии, демонстрирует завидное стремление к свободе. Тюремный режим не сломил экс-депутата областного заксобрания. Он доказывает, что, даже находясь за решёткой, можно отстаивать свою правоту в суде.
Судья Елена Герасимова 21 сентября закончила рассмотрение административного искового заявления осуждённого. Он как генеральный директор ООО «Даль-Балтикстрой» просил признать незаконными действие (бездействие) должностных лиц службы судебных приставов. Чиновники ФССП, считает Грибов, незаконно возбудили против его предприятия «ряд исполнительных производств, предметом исполнения по которым является взыскание задолженности в пользу налоговых органов» (формулировка судьи).
В своих пояснениях суду Грибов привёл такой пример. В ноябре 2019 года судебный пристав-исполнитель УФССБ России по Калининградской области Ю. Н. Фадеева вынесла постановление о распределении денег, поступающих во временное распоряжение. От администрации Мамоновского городского округа, должника перед ООО «Даль-Балтикстрой», на счёт отдела особых исполнительных производств поступила сумма 26 млн 445 тысяч рублей — за...
В среду, 23 сентября 2026 года наконец-то начался заочный процесс по уголовному делу Игоря Рудникова. Ему вменяется преступление, квалифицируемое статьёй 207.3 УК РФ. За фейки против Вооружённых сил России. Дело поручено вести Михаилу Примаку, судье Ленинградского районного суда Калининграда.
Разбирательство проводится в открытом режиме. Примак даже каким-то образом сумел передать подсудимому повестку. Сам предполагаемый преступник назвал повестку приглашением на эшафот – в Россию.
Очередное судебное заседание по уголовному делу Марии Бонцлер, калининградского адвоката, проходит, как обычно, в закрытом режиме. Сегодня даже в здание областного суда пропускают в режиме фейс-контроля. Никому – ни любопытствующим гражданам, ни представителям СМИ – даже приблизиться к дверям зала № 9, где ведёт процесс судья Александр Марочкин, не разрешается.
В настоящий момент Марочкин убежал в совещательную комнату для вынесения постановления об удалении из процесса Романа Морозова, защитника подсудимой. За то, что адвокат отказывается от подписки о неразглашении сведений, представляющих собой государственную тайну. Таковые якобы имеются в отдельном томе материалов уголовного дела.
Калининградские судьи приняли участие в уникальном эксперименте, который открывает отечественному правосудию широчайшие возможности. Отличилась на этом поприще судья Ленинградского районного суда Елена Лясникова.
Роман Морозов, адвокат, – о чём мы уже сообщали в наших заметках – пожелал вчинить Александру Марочкину иск о возмещении морального вреда. Марочкин, воспользовавшись своими судейскими полномочиями, в нескольких судебных заседаниях применил акустическую глушилку, чем вызвал у Морозова заболевание уха – так считает потерпевший. Роман Владимирович вынужден был обратиться к доктору, и тот назначил лечение, выдав адвокату листок нетрудоспособности. Морозов посчитал, что компенсация морального вреда в денежном эквиваленте равна 1 000 000 (одному миллиону) рублей. Много это или мало, Лясникова даже не оценивала.
Надо заметить, Морозов предъявил иск Марочкину как физическому лицу. Как гражданину. Однако судья Лясникова, увидев знакомую фамилию «Марочкин», решила проверить, а не тот ли это господин, который работает в Калининградском областном суде. Оказалось – он!
Наследующий день, 14 июля, после первого разбирательства в Калининградском областном суде Мария Бонцлер писала из следственного изолятора:
«На суде я окончательно убедилась, что уголовное дело по моей новой статье (госизмена) так и не было заведено (судья это не опроверг, но и не удивился). То есть прежнее дело, преамбула которого исключает госизмену, закрыто не было, и новое дело по новой статье не было заведено. То есть меня будут судить за то, в чём подозревают, но без заведения уголовного дела. Остаток вечера я посвятила тому, что спрашивала всех встречных, как такое возможно? Все в один голос признали, что невозможно. Резюмировала всё девочка, которая меня доставляла в СИЗО. Я спросила, есть ли у неё юридическое образование и описала ситуацию, она ответила очень интересно: «Не надо быть юристом, чтобы понять, что нельзя судить человека если уголовное дело не было заведено».
Новость о подмене статей, не повлекшей соответствующих процессуальных действий следователя, привлекла внимание...
100-летию выхода в свет романа Франца Кафки «Процесс» посвящается.
Ровно два месяца прошло с момента передачи следственным органом в суд уголовного дела о государственной измене Марии Бонцлер. Но наконец-то вчера, 13 июля, состоялось предварительное судебное заседание, официально объявленное закрытым. За истекшее время 3-й Кассационный суд общей юрисдикции успел рассмотреть и отказать в удовлетворении ходатайства защиты о передачи дела в суд другого региона. А судья Александр Марочкин продлил арест Бонцлер на полгода.
Мария Владимировна в этом году писала Вячеславу Медкову, сыну:
«Я потихоньку знакомлюсь с «секретными» материалами и начинаю понимать, почему их от нас секретили, почему ограничивали ознакомление – потому что пусто, ничего на меня у них нет. Всё что есть это не является преступлением… А я вчера закончила знакомиться с письменными материалами дела, двумя секретными томами. Вообще-то с грифом «совершенно секретно» там только два судебных решения, разрешающих применить ко мне «Закон Яровой»… Так что мои защитники правы, что борются за полное рассекречивание. 10 месяцев следователь надувал губы и делал вид, что они нашли что-то страшное. А на самом деле – ничего!
В самой страшной экспертизе написано, что с моей стороны нет ничего противозаконного».
Защита Бонцлер в лице адвокатов Ильи Сидорова, Романа Морозова, Александра Чаузова, Марии Серновец вчера...
Прокурор Калининградской области Максим Попов, как сообщает РБК КАЛИНИНГРАД, утвердил обвинительное заключение по уголовному делу в отношении 41-летнего мужчины, сообщили в региональной прокуратуре.
По версии следствия, в феврале 2024 года обвиняемый в целях оказания финансовой помощи вооруженным силам Украины перевел деньги в иностранной валюте, эквивалентной 288 тыс. руб. на банковский счёт, используемый для финансирования ВСУ в деятельности против безопасности Российской Федерации.
Уголовное дело предстоит рассмотреть Калининградскому областному суду.
Накануне Балтийский флотский военный суд вынес приговоры двум калининградцам. Как сообщили в пресс-службе регионального управления ФСБ, они обвинялись в государственной измене и подготовке диверсий на объектах транспортной инфраструктуры.
Телеграм-канал KALOY.RU опубликовал весьма актуальный анализ судебной практики. Приводим текст материала полностью.
Эту фразу каждый адвокат встречал хотя бы раз за карьеру: в уголовных дела, в административных и даже за пределами судов.
Если речь идёт об административном деле, то у суда нет оснований не верить сотрудникам, которые говорят о «неповиновении законному требованию сотрудников». А в приговорах показания оперативника «последовательны, оснований не доверять не имеется». При этом показания подсудимого – это «избранный способ защиты», а показания его свидетелей «даны с целью помочь избежать ответственности». И цитаты эти кочуют из приговора в приговор, меняются только фамилии.
Но так ли однобок закон?
Например, часть 2 статьи 17 УПК: никакие доказательства не имеют заранее установленной силы. Это значит, что сотрудник полиции – такой же свидетель, как и любой другой. А если он, как это бывает почти всегда, даёт показания в пользу обвинения, то он лично заинтересован, поскольку суд оценивает законность задержания им подозреваемого, его же рапорта, его же ОРМ. Если суд ему не поверит, то это же получается, всё зря…
А часть 1 ст. 88 УПК говорит, что каждое доказательство оценивается с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а всё в совокупности – достаточности. «Нет оснований не доверять» фактически означает отказ от оценки достоверности, то есть прямое неисполнение этой нормы.
В среду, 1 июля, в Ленинградском районном суде Калининграда прошло очередное заседание в рамках дела по административному иску арестованного адвоката Марии Бонцлер к ГБУЗ «Областная клиническая больница Калининградской области» и СИЗО-1, где она содержится в невыносимых условиях. Суть её требований состоит в признании незаконными действий врачей, испугавшихся дать объективную оценку здоровья узницы, сотрудников УФСИН, не оказывающих ей должную медпомощь, и признании соответствующего медицинского заключения незаконным.
Ольга Дорошенко рассмотрела ходатайство областного Бюро судебно-медицинской экспертизы о привлечении в состав экспертной комиссии «специалиста клинического профиля – врача кардиолога». Делу уже более 8 месяцев. Его продвижение тормозится отсутствием на местном уровне подходящих специалистов. И вот, наконец-то, нашли кардиолога. Кто нашёл – умалчивается, но выбор пал на Юлию Калашникову из посёлка Родники, где врач работает в кардиоцентре (ФГБУ Федеральный центр высоких технологий Министерства здравоохранения РФ).
Бонцлер и её представитель адвокат Роман Морозов возражали, поскольку считают, что...
Как суд подчиняется ФСБ? – задаётся вопросом телеграм-канал MR_неспокойный юрист. И тут же публикует запрос (размещён ниже) в адрес председателя Ленинградского районного суда Калининграда Владимира Эльзессера, подписанный Михаилом Планидой, заместителем начальника УФСБ Калининградской области.
Из опубликованной бумаги следует и ответ на вопрос. Что Ленинградский райсуд, а по аналогии и все остальные суды, являются подчинёнными подразделениями Федеральной службы безопасности России. И это, в соответствии с неписанными нормами государства, видимо, правильно. Независимые, самостоятельные суды страны есть не что иное, как архаизм. Не только суды, но и всё в России подчинено ФСБ. Мы просто этого стараемся не замечать.
Господин Планида без обиняков (это, видимо, давно у них заведено) просит дать ему недостающие документы из дела, по которому ФСБ не является никакой стороной: ни обвинением, ни защитой. Похоже на то, что упомянутому осуждённому П.Г. Нацаренусу...