Сегодня в Калининградском областном суде состоялся очередной спектакль правосудия по уголовному делу Марии Бонцлер. Как театр начинается с вешалки, так суд начинается с турникета на входе, где дежурят сразу несколько судебных приставов. Подаю паспорт. «Цель визита?» — «Участие в судебном заседании в качестве свидетеля. Судья Марочкин, 9-й зал» — «Подождите». Пристав Ваня достаёт телефонный справочник. Долго листает. Находит нужный номер. Звонит. Советуется с друзьями по службе. Судя по всему, мне вход разрешили. Начинаю понимать, что из неведомой точки процессом руководит невидимый режиссёр.
После досмотра поднимаюсь на второй этаж. Навстречу по лестнице спускается сотрудница облсуда. Увидев меня: «А мы вас уже ищем!» Она, забыв о своих делах, развернулась и, сопровождая меня, принялась разъяснять, что надо сдать мобильный телефон, положить его в специальную ячейку. «На каком основании?» — «Потому что заседание закрытое» — «И что? Запрещая мне иметь при себе телефон, какой нормой права вы руководствуетесь?» — «Я же не буду вам зачитывать всю инструкцию» — «Инструкцию оставьте себе. Я подчиняюсь только закону. Номер закона! Номер статьи! И пусть мне это скажет судья». Женщина явно расстроилась. Сценарий ломался.
В Калининградском областном суде продолжается охота на адвокатов. Адвоката Марию Бонцлер арестовали в мае 2025 года. По статье 275.1 УК РФ – сотрудничество с врагами России. Через год ей объявили, что она совершила государственную измену – статья 275. Материалы уголовного дела следователь ФСБ Долгошеев передал в суд. Они попали в руки судьи Александра Марочкина. Прошло 5 заседаний. Ни на одно из них Марочкин не допустил представителей прессы. Три последних заседания посвящались изгнанию защитников Бонцлер из уголовного процесса. Сначала судья удалил адвоката Илью Сидорова. Затем Александра Чаузова. Пришёл черёд Романа Морозова. Его отстранили от участия в деле 2 сентября 2026 года. Как это происходило, рассказывает Свободному Калининграду сам адвокат.
«Мозг я не могу отключить», – иронизирует Морозов. Так он прокомментировал заявление прокурора Сергея Смирнова, представителя гособвинения, когда тот фактически обвинил адвоката...
Александр Марочкин, судья Калининградского областного суда, добился-таки своего. Спровадил адвоката Романа Морозова в отпуск по временной нетрудоспособности. Слабость, головокружение, шум в ушах и общее недомогание Роман Владимирович почувствовал во время первого же заседания, когда Марочкин испытал на присутствующих и участниках уголовного процесса над Марией Бонцлер специальную «систему виброакустической защиты». Защита предназначена для исключения вражеской возможности подслушать что-либо из оглашаемых секретных сведений государственной важности. (Видимо, облсуд, спроектированный ещё Виктором Фалеевым – ныне пенсионером, недостаточно надёжное место для озвучивания тайн. Для пущей гарантии в храме областной Фемиды даже сливные бачки в сортирах опечатаны, однако это тема отдельной публикации.)
Больничный Морозову выдала врач О. Королева. С 25 по 31 июля адвокат вынужден был закапывать в нос и в ухо препараты, восстанавливающие слух и принимать лекарства. Кроме того, в амбулаторном порядке – пить через трубочку (что – не сказано, возможно и коньяк), делать гимнастку и надувать воздушные шарики. Режим продлён до каких-то дней сентября. Так что адвокат до сих пор...
Судья Александр Марочкин должен адвокату Роману Морозову 1 млн рублей. Именно в такую сумму истец Морозов оценил моральный вред, причинённый ему несостоявшимся ответчиком Марочкиным.
Об обстоятельствах. Адвокат Морозов 13 июля 2026 года, осуществляя защиту своей доверительницы Марии Бонцлер, обвиняемой по статье 275 УК РФ в госизмене, с 12.00 до 18.50 находился в зале заседания № 9, где у Марочкина имеется специальный звукогенератор. Судья использует устройство для противодействия вражеским проискам, направленным на прослушивание судебного процесса, в котором возможно оглашение секретных сведений. Эти сведения, по версии следствия, подсудимая Бонцлер передала врагам России, чтобы причинить родной стране вред. И поскольку секреты государственной важности отражены в материалах уголовного дела, их ненароком могут озвучить или сам судья, или прокурор, или подсудимая, или защитники. И тогда пиши пропало. Вот от чего страхует свою судейскую карьеру судья Марочкин, включая перед началом заседания...
Марии Бонцлер, узнице совести, как известно, 21 мая продлили срок содержания в СИЗО до 13 ноября. Не исключено, что у судьи в столе лежит готовый текст приговора. Александр Марочкин, именно он вынес такое постановление о продлении ареста, видит далеко, на полгода вперёд. Он знает, что Мария Владимировна преступница. Иначе не стал бы так рисковать своей репутацией.
Практика показывает, что обычно подозреваемым по уголовным делам продлевают сроки на два месяца. А тут! Должны быть веские причины к столь длительному заключению. Надо быть слишком уверенным, чтобы загодя, не пройдя от первого до последнего дня судебный процесс, назначить человеку срок. Не простому смертному, а женщине, адвокату и защитнице лиц, преследуемых по политическим мотивам, страдающей кучей хронических заболеваний, не маньяку-убийце, не грабительнице, не коррупционерке. Видимо, Марочкин почувствовал себя богом…
